Иоганн Вольфганг Гёте
 VelChel.ru 
Биография
Хронология
Семья
Галерея
Стихотворения
«Западно-восточный диван»
Из периода «Бури и натиска»
Римские элегии
Сонеты
Хронология поэзии
Эпиграммы
Афоризмы и высказывания
«Избирательное сродство»
Статьи
Новелла
Вильгельм Мейстер
Рейнеке-лис
Разговоры немецких беженцев
Страдания юного Вертера
Фауст
Драматургия
  – Эгмонт
  … Действующие лица
  … Действие первое
  … Действие второе
  … Действие третье
  … Действие четвертое
  … Действие пятое
  … … Улица. Сумерки
  … … Тюрьма
  … … Дом Клерхен
… … Тюрьма
  Внебрачная дочь
  Боги, герои и Виланд
  Великий Кофта
  Гец фон Берлихинген с железною рукою
  Гражданин генерал
  Ифигения в Тавриде
  Клавиго
  Клаудина де Вилла Белла
  Прометей
  Сатир, или Обоготворенный леший
  Совиновники
  Стелла
  Торквато Тассо
  Ярмарка в Плундерсвейлерне
Герман и Доротея
Биография и Мемуары
Об авторе
Ссылки
 
Иоганн Вольфганг Гёте

Драматургия » Эгмонт » Действие пятое » Тюрьма

 

Тюрьма

Эгмонт спит на постели. Слышится звон ключей, и дверь отворяется. Входят слуги с факелами; за ними следуют Фердинанд, сын Альбы, и Сильва, сопровождаемые вооруженными людьми.
Эгмонт пробуждается.
Эгмонт. Кто вы, что так недружелюбно отгоняете сон от глаз моих? Какую весть несет мне жестокий ваш и жуткий вид? Зачем это устрашающее появление? Что за грозный сон решили вы налгать моей полупробужденной душе?
Сильва. Нас посылает герцог возвестить тебе судьбу твою.
Эгмонт. Ведешь ли ты и палача с собой для ее свершения?
Сильва. Слушай - и узнаешь, что ждет тебя.
Эгмонт. Так подобает вам и вашему постыдному почину! Ночью замышлено и ночью совершено. Так легче укрыть это неправосудное деяние! Выступи дерзко вперед ты, что принес меч, скрытый под плащом! Вот голова моя, свободнейшая, какую только отрывало от тела тиранство.
Сильва. Ты заблуждаешься! Что честный судья постановил, того мы не будем скрывать перед ликом дня!
Эгмонт. Итак, бесстыдство переступило все, что возможно понять и помыслить.
Сильва (берет у одного из возле стоящих приговор, развертывает его и читает). "Именем короля и силою чрезвычайной, нам его величеством врученной власти творить суд над всеми подданными его, какого бы они звания ни были, в том числе и рыцарями Золотого Руна, признали мы..."
Эгмонт. Может ли король перелагать эту власть на другого?
Сильва. "...признали мы по предварительном строгом, законном расследовании тебя, Генрих, граф Эгмонт, принц Гаврский, виновным в государственной измене и приговор постановили: имеешь ты быть с рассветом из тюрьмы на торговую площадь выведен и там перед лицом народа в предупреждение всем изменникам через отсечение головы мечом смерти предан. Дан в Брюсселе".
Число месяца и год прочитываются невнятно, так что слушающий их не разбирает.
"Фердинанд, герцог Альба, председатель суда двенадцати". Теперь ты знаешь судьбу свою. Тебе остается малое время, чтобы предаться устройству семейных дел и проститься с близкими.
Сильва с провожатыми уходит. Остаются Фердинанд и двое с факелами; сцена тускло освещена.
Эгмонт (несколько времени углубленный в себя, стоит молча и, не оглянувшись, дает Сильве уйти. Думает, что остался один, но, подняв глаза, видит сына Альбы). Ты стоишь и не уходишь? Хочешь ли присутствием своим увеличить мое изумление, мою тревогу? Хочешь ли еще, пожалуй, принести отцу своему добрую весть о том, что я не по-мужски прихожу в отчаяние? Что ж? Скажи ему! Скажи ему, что он ни меня, ни мира не обманет. Ему, честолюбцу, сперва будут за спиной шептать потихоньку, потом все громче и громче говорить, а когда он рано или поздно спустится с этой вершины, тысячи голосов будут в лицо его кричать: "Не благо государства, не достоинство короля, не спокойствие области привели его сюда. Ради себя самого насоветовал он войну, потому что воин войной приобретает влияние. Он вызвал это чудовищное смятение, чтобы в нем оказалась надобность". И я падаю жертвой его низменной ненависти, его мелочной зависти. Да, я знаю, я должен сказать, я, умирающий, смертельно раненный, могу сказать: мне спесивец завидовал; он давно измышлял и обдумывал, как меня уничтожить. Еще тогда, когда мы в молодые годы играли в кости, и груды золота одна за другой с его стороны быстро переходили на мою, он стоял угрюмый с деланным хладнокровием, и его душу пожирала горькая досада больше на мое счастье, чем на свою потерю. Еще вспоминаю я горящий взгляд его и особенную бледность, когда мы на одном общественном празднестве при многотысячной толпе зрителей состязались в стрельбе. Он меня вызвал, и два народа стояли и смотрели; испанцы с нидерландцами бились об заклад. Я его одолел; его пуля прошла мимо, моя попала; громкий дружественный клич моих прорезал воздух. Теперь его выстрел попадает в меня. Скажи ему, что я это понимаю, что я знаю его, что мир презирает всякий знак победы, которого домогается себе на утеху мелкая душа. А ты, если возможно сыну отойти от отцовского обычая, привыкай заранее к стыду, потому что тебе приходится стыдиться того, кого ты хотел бы всем сердцем уважать!
Страница :    << [1] 2 3 4 > >
Алфавитный указатель: А   Б   В   Г   Д   Е   Ж   З   И   К   Л   М   Н   О   П   Р   С   Т   У   Ф   Х   Ц   Ч   Ш   Э   Ю   Я   #   

 
 
Copyright © 2021 Великие Люди   -   Иоганн Вольфганг Гёте